Фрэд Юсфин, «министр культуры» Братска

s-187200.jpg (16900 bytes) Это короткое, похожее на аббревиатуру имя ничего не говорит в Братске разве что младенцу. Оно звучит много лет - с шестидесятых годов. Пожалуй, мало кто знает, что полное его имя - Фридрих, и получил он его потому, что родился 28 ноября - в день рождения Фридриха Энгельса. Однако все зовут его коротко - Фрэд. Самые юные - с отчеством: Фрэд Павлович.

Но вообще-то он умудряется общаться на равных с самым крошечным юнгой и с большим чиновником, с юной певицей и знаменитым композитором. При этом не только не теряет авторитета, но постоянно наращивает уважение к себе. Хотя выше, кажется, уже некуда.

Если есть в нашей области человек, который не знает Фрэда Юсфина, он может удивиться - при чем тут юнга, тем более в Братске, и в одной компании с ним - чиновник, певица и композитор? Как говорил Бабель, вы узнаете об этом, «если пойдете туда, куда я вас поведу».

От Арбата до глубин Балтики

Что же он за человек такой, Фрэд Юсфин, откуда взялся, из какого теста замешан? Мы могли бы смело умолчать о его биографии до приезда в Братск и сказать, что здесь-то, в Сибири, она только и началась, если бы... Ах, если бы его детство не прошло на Арбате, на этой улице-стране, насквозь пропитанной историей российской культуры; может быть, где-то рядом бродил юный Булат и уже видел, как прозрачен асфальт, и ощущал плотный воздух родной улицы как свою религию и свое отечество... Если бы не было в этом детстве войны с «зажигалками», падающими на крышу, если бы не было сорокатысячной колонны пленных немцев, которые уныло тянулись через Москву и заставляли трепетать детское сердце: Красная армия всех сильней! А разве забудешь, как в святой День Победы его, юного ученика артиллерийской школы, качала радостная толпа - только за то, что на плечах его были погоны.

Нет, и до Братска много чего в его жизни было, прежде всего - служба на Балтийском флоте, на подводной лодке. «Если есть во мне что-то хорошее, так это все оттуда», - говорит Фрэд. Это было святое товарищество - рядом с ним служили подводники, которые топили вражеские корабли во время войны, командовали подлодкой два Героя Советского Союза - такие люди знали цену мужской дружбе, они же научили на всю жизнь: если взялся за дело, то делай его хорошо. На море, под его волнами - это вопрос жизни и смерти.

Еще было увлечение... не джазом, не эстрадой с модными тогда Руженой Сикорой, Бунчиковым и Нечаевым и другими звездами. Нет, был глубокий, на всю жизнь интерес к творчеству, личности и судьбе Людвига ван Бетховена, который потом откликнулся и в Братске.

Но он вовсе не был пижоном и снобом, который кичится своей избранностью. Он любил многое, в том числе, например, джаз Утесова, и даже был немного знаком с Леонидом Осиповичем, и этим знакомством нельзя не гордиться.

Его выбрал Братск

Но почему же все-таки Братск - город, столь далекий от арбатского асфальта и холодных вод Балтики?

Если вы жили в конце пятидесятых - начале шестидесятых, вы не станете задавать такой вопрос: все мы тогда куда-нибудь рвались - в Арктику, в Антарктику, на великую стройку коммунизма, в соседний колхоз поднимать целину.... Романтика - это слово для нашего поколения было не пустым звуком. Оборачивалась она, конечно, по-разному: для кого-то становилась судьбой, как для Юсфина, и я не задумываясь назову еще десятки фамилий, среди которых будет немало таких, которых еще недавно знала вся наша страна. Бывшая страна. Атлантида.

В Братск он попал, можно сказать, случайно. Надо было куда-то ехать, все равно - куда. Толкался в коридорах Главсевморпути... Но тут проездом из Карелии в Сибирь в Москве появилась тетя, Лидия Сергеевна Яндовская, когда-то отсидевшая свое в сталинских лагерях, после поработавшая с Иваном Наймушиным, легендарным начальником БратскГЭСстроя, поехавшая за ним в Братск. Позвала туда же и племянника: «Вот же для вас дальняя страна - Сибирь, новая стройка...». Слово «Братск» тогда еще не звучало, впервые произнес его на всю страну никто иной, как Лазарь Каганович - в докладе в честь 38-й годовщины Октября.

«Глобус»

Фрэд приехал в Сибирь 12 декабря 1955 года - как раз в тот день, когда Братск получил статус города. С тех пор его судьба понеслась вскачь и, слава Богу, этот аллюр не останавливается.

Он строил ЛЭП-220 в Азее. Был комсоргом Управления главного энергетика, потом - всей стройки. Работал главным диспетчером БратскГЭСстроя, позже - в этой же должности на строительстве Усть-Илимской ГЭС. Но вместе с тем за ним надолго - навсегда - закрепилось неофициальное звание: министр культуры БратскГЭСстроя.

Это начиналось из-за «Глобуса». Понятно, что молодежи в свободное время тогда податься было некуда, даже у телевизора не вздремнешь - не было еще телевидения. Был только маленький клуб «Комсомолец» на 260 мест. А ведь хотелось, чтобы ребята не просто развлекались, а еще и что-то узнали. Так родился устный журнал «Глобус», он же - Клуб интернациональной дружбы. Потом он гремел на всю область и существует до сих пор. С 1 февраля 1961 года. Сменился почти десяток правителей, не стало «руководящей и направляющей», исчезла страна... А «Глобус» все крутится-вертится.

Первый выпуск, как и положено журналу, состоял из отдельных страниц. Надо сказать, что вести эти страницы было кому - Братск притянул самую лучшую, самую образованную молодежь страны. Страницу международной жизни вел лектор Володя Долгий. О новостях в стране рассказывал Саша Гуревич, бурильщик, позднее - известный журналист. Спортивные события комментировал чемпион Советского Союза по боксу Эдик Борисов. А Фрэд сел на любимого конька - подводные приключения: всех захватил его рассказ о самом глубоком месте мирового океана - Марианской впадине и о ее бесстрашном исследователе Огюсте Пиккаре.

Один из первых выпусков был посвящен конечно же Бетховену. Организаторы шли на определенный риск: интересно ли это будет парням из котлована - шоферам, бетонщикам? Однако зал был заполнен... до отказа - не то слово: он вместил, видимо, вдвое больше народу, чем был способен. Затаив дыхание, рабочие слушали рассказ о великом композиторе и его музыку - ее исполняли ученики и педагоги музыкальной школы, которая уже появилась в Братске.

Больше сорока пяти лет «Глобуса» - это уникальное явление в нашей культуре. Вряд ли где-то найдется что-нибудь подобное. За это время его гостями были знаменитые поэты и писатели, художники и композиторы, государственные деятели и иностранные гости. В его истории есть неповторимые страницы. Без всякого преувеличения - именно «Глобус» и его бессменный организатор Фрэд Юсфин подвигнули известных творцов на создание произведений, которые нынче составляют гордость нашей литературы и музыки.

Вам хочется песен?

История создания сибирских песен Александры Пахмутовой и Николая Добронравова широко известна. Про нее много писали, сняли фильм. Наверное, все знают про то, как молодую талантливую компанию возили на строительство ЛЭП-500, в село Покосное. Как шли по Ангаре на пароходике имени тезки Фрэда - этот маленький речной трудяга остался еще и в стихотворении Евгения Евтушенко, которое начинается строкой «Я на пароходе «Фридрих Энгельс...». Это тот самый пароход, на палубе которого танцевали безвестные сибирские девчата, и звезды с неба летели на корму. Про то, как Кобзон и Кохно давали концерт строителям причала возле коварного Ершовского порога - десятку расконвоированных зеков - в накомарниках, но в смокингах и галстуках-бабочках.
Во всех этих поездках Фрэд был рядом с ними. Все-таки надо сказать более определенно: не было бы Фрэда - не было бы и песен. «Главное, ребята, сердцем не стареть», «Письмо на Усть-Илим», «ЛЭП-500»... А ведь песни эти мы поем и сейчас, уверен - будут петь и после нас.

Но вот про то, как в «Глобусе» прошла премьера песни «Прощание с Братском», знают, по-моему, немногие. Эта история стоит того, чтобы о ней рассказать.

После встреч в Сибири Юсфин подружился с Пахмутовой и Добронравовым и дружит с ними до сих пор. Однажды в Москве они подарили ему кассету с новой, никому еще не известной песней. Это и было «Прощание с Братском». Песня просто потрясла. Фрэд привез ее домой. И надо же было совпасть, чтобы именно в это время после долгой отлучки приехал погостить Арон Маркович Гиндин, бывший главный инженер «БратскГЭСстроя», соратник Наймушина, человек, уважаемый не менее легендарного Ивана. В Братске об этом узнали мигом, а Фрэд решил: он должен быть в «Глобусе». Гиндин согласился. «Только надо, чтобы вы сначала сели перед закрытым занавесом», - уточнил Юсфин. «Черт с тобой, - добродушно сказал Арон Маркович, - делай, что хочешь».

И вот - полный зал... Звучит пес-ня, еще совершенно незнакомая братчанам. На словах «Заблестит на висках седина, заблестят на груди ордена...» идет занавес, и люди видят Гиндина. На его глазах - слезы. Слезы и в зале... Потом - тишина. И - зал взрывается. От аплодисментов трещат стены. С тех пор это - самая любимая песня ветеранов Братска.

Как появилась «Братская ГЭС»

Отношение Фрэда и «Глобуса» с Евгением Евтушенко - особая тема. Они познакомились в 1963 году, когда поэт в очередной раз попал в опалу к властям. Как-то не так он вел себя за границей, не с теми, с кем надо, встречался. Юсфин узнал, что Евгений Александрович отсиживается в Зиме, узнал и телефон. Позвонил. Представился: «Председатель Клуба интернациональной дружбы «Глобус»... «К какой национальности вы меня причисляете?» - раздраженно спросил поэт. Когда узнал, что его приглашают в Братск выступать, спросил: «Ты что, ненормальный, что ли? Знаешь, что мне запрещено выступать?» -  «Знаю, - ответил Фрэд, - приезжайте».

Евтушенко приехал. Выступал в летнем кинотеатре. Юсфин возил его на Усть-Илим. Поэт въедливо обо всем расспрашивал, во все вникал - что-то зрело.

Расстались друзьями. Евгений Александрович взял с Фрэда слово, что тот обязательно навестит его в Москве.

Слово сдержал через полгода. И услышал поэму «Братская ГЭС». И сетования - никто не публикует, требуют бесконечных правок. Главу «Прохиндей» нельзя печатать, то нельзя, это нельзя. Получил от Юсфина неожиданное приглашение: «Поехали в Братск - прочтешь, как написал».

3 мая 1964 года они были в Братске. Евтушенко читал поэму в новом доме культуры «Энергетик». И снова зал переполнен. И снова - аплодисменты, овации...

Потом была эпопея с выдвижением поэмы на Ленинскую премию. Выдвинула редколлегия журнала «Юность», редактором которой был Борис Полевой. Этот журнал и опубликовал «Братскую ГЭС» - почти без купюр. Полевой прислал Юсфину письмо, просил поддержать. Но поддержка не помогла: ленинский комсомол устроил автору и поэме мощный, хорошо организованный «отлуп» - и никакой премии, конечно, не дали. Похоже, никто на это и не рассчитывал, скорее всего, это был жест вызова, по тем временам - очень смелый.

Как-то Фрэд спросил знаменитого журналиста Анатолия Аграновского: «Тебе не кажется, что Братск - глубокая провинция?» - «Господь с тобой! - ответил мэтр. - Да Братск - куда более столичный город, чем Москва».

«Варяг»

Как только началось заполнение водохранилища, Юсфин - морская душа! - тут же предложил устроить Праздник Братского моря. С парадом кораблей, с другими ритуалами. Праздник этот существует до сих пор.

А его знаменитый военно-морской лагерь «Варяг»! Чувствую себя преступником, говоря о нем скороговоркой. Когда Фрэд только заикнулся об этом, на него смотрели как на блаженного - это же опасное дело, как ты не боишься, вдруг кто-нибудь утонет? Лагерь существовал больше тридцати лет. Через него прошли 13 тысяч мальчишек. Никто не утонул, а вот 48 морских офицеров воспитались. Кроме того, металлург-профессор, академик, вице-мэр Братска, референт пресс-центра Минобороны.... Но самое главное, подавляющее большинство - порядочные люди.

Юсфин никогда не разбирал, какие они, его юнги - трудные, благополучные, милиция направила или еще кто. Все равны. Для себя, правда, приметил, что из трудных как раз получались лучшие юнги - смелые, работящие, находчивые.

Из «Варяга» не убегали, а если убегали, то уж полные слабаки, которых среди настоящих пацанов не уважают. В него стремились. Хотя там не было легкой жизни - настоящие суровые мужские отношения. Морскому делу учили стопроцентные мореманы - матросы и старшины с Тихоокеанского флота. Они не были отягощены тонкостями педагогического образования, но зато хорошо знали законы морской дружбы, взаимовыручки, на себе испытали, что такое - дальние походы, боевые дежурства и тревоги. Но и про порядок на корабле они тоже знали все, никогда не считали для себя зазорным драить палубу и наводить порядок в кубрике. Того же требовали от каждого юнги - порядка, дисциплины, но не слепого послушания, а понимания того, что служба требует сплоченности, чувства локтя. Моряк всегда должен чувствовать, что рядом - надежный товарищ, который никогда не подведет. Шлюпочные походы, спортивные соревнования, строевая подготовка - все это делало вчерашних вольных парней подтянутыми, стройными, болеющими за того, кто идет с тобой в одном строю, за свой экипаж, за честь «Варяга».

Но не только тело, но и душу закалял «Варяг». Жить в нем было нелегко, но и интересно. Недаром комиссаром в нем состоял хороший детский писатель Геннадий Михасенко, который понимал ребят, как не многие взрослые. Не одни уставы, шагистику и тонкости службы познавали здесь юные братчане - многие из них именно здесь впервые поняли, что Родина, честь флага и достоинство мужчины вовсе не пустые слова, они наполнены высоким смыс-лом, который и есть - главный жизненный стержень.
Соревнование между экипажами было нешуточным - лучшие из лучших ехали во Владивосток на празднование Дня Военно-Морского флота. Побывать на настоящем боевом корабле, постоять в одном строю с моряками, несущими срочную службу, - что может быть заманчивее для парнишки, мечтающего о морях и дальних походах? Разве что вот это - пройти своей колонной по главной площади города под «Марш нахимовцев», который играет оркестр «Варяга» (ребята из Иркутской школы музыкантских воспитанников каждое лето приезжали в Братск), и видеть, что твой строй, а в нем - тебя лично приветствуют настоящие адмиралы. Будет о чем рассказать пацанам в школе и дома!

Нет сейчас «Варяга» - пришли другие времена, нет на этот лагерь денег... Но не зря он стоял на берегу далекого от океанов Братского моря. Мужчины помнят его и говорят спасибо его отцу-командиру Фрэду Юсфину и тем, кто с ним работал.

Ничего не кончается

Очередная идея, которая пришла в голову неуемному Фрэду, - проведение «Балов офицеров» Братского гарнизона. Командиры подразделений в один голос говорят, что за многие годы службы в разных гарнизонах страны ничего подобного у них не было. Это подтверждает и пресс-служба Министерства обороны. Балы, которые устраивает руководство города Братска действующим офицерам, - настоящий подарок для не избалованной, прямо скажем, вниманием и заботой части военного сообщества.

Первый «Бал офицеров» состоялся в 1993 году. Бал - это не только сервированный стол с шампанским и фруктами, а еще и тематический спектакль. В 1996 году он был посвящен 300-летию Российского флота, на балу присутствовал сам Петр Великий. Балы посвящались 80-летию Красной армии, 60-летию Победы. Тринадцатый «Бал офицеров» в 2006 году был посвящен 100-летию Подводного флота России. «Балы офицеров» проходят по всем канонам настоящих балов. Только одна деталь: жены офицеров специально к балу шьют бальные платья.

Годы идут, голова седеет... Но планы не иссякают!

Как-то мы с Фрэдом встретились накануне 1 июня, а это, как известно, Международный день защиты детей. Для встречи выкроили вечерние часы, переходящие в ночные. Юсфин был страшно занят - готовил гала-концерт по итогам конкурса «Жемчужины Братска» - он проводится восьмой год по восемнадцати (!) номинациям. Сеть раскинута широко - ни один ребенок, если он хоть в чем-то талантлив, не будет незамечен.

В этот же день он затеял провес-ти вовсе невиданное действо - заложить Площадь Тысячелетий. Идея держится на том, что люди на этом месте жили много веков назад и, будем надеяться, продолжат жить и дальше. Череда камней, начиная от древних писаниц, должна передать весточку потомкам.

За подготовкой к этому хлопотному делу я его и оставил. Усталого, поникшего.

...Он позвонил мне под ночь. Совершенно счастливый: «Все получилось замечательно! Это был настоящий праздник. Концерт - грандиозный! На площадь люди шли, как когда-то на первомайскую демонстрацию - с песнями, гармошками. Жаль, что ты уехал - такое не повторяется».

А недавно, буквально несколько дней назад, я снова созвонился с ним. За это время в его жизни произошло немало, он даже пытался ее круто изменить. Пожил у сына в Канаде, пытался обосноваться в Москве, но... снова оказался в Братске. Все-таки здесь для него земля обетованная.
В этом году провел два заседания «Глобуса», последний - 164-й по счету. Возникла идея - привезти творческие коллективы братчан 2 сентября в Москву, когда столица будет отмечать 860-летие. Идея основана на том, что культура Братска во многом произрастала благодаря московским мэтрам, добрым и талантливым людям, а также благодаря москвичам, ставшим братчанами. Юсфин хотел встретиться с Лужковым и договориться о десанте из Братска - не получилось. Встретился со старым другом, Почетным гражданином Братска Иосифом Давыдовичем Кобзоном - певец-депутат обещал помочь. Нашел в Москве художника Адольфа Лохина, который еще в 60-е годы, готовясь к защите диплома в Институте имени Сурикова, писал Братск тех лет. Лохин привез в город на Ангаре свою выставку - более 80 работ, большую часть из них город купил. В прошлом году подготовил девять телевизионных передач о «Почетных гражданах Братска», своих земляках. На будущий год собирается проводить очередной замечательный фестиваль «Жемчужины Братска».

Прошу читателя простить за скороговорку, но как иначе рассказать обо всех делах, которыми жил и живет этот удивительный человек?

На будущий год ему исполнится восемьдесят лет...
Какой же он счастливый - этот Фрэд Юсфин!

Виталий Белоколодов
Фото: Арнольд Харитонов

Областная газета, выпуск # 90 (212) от 10/08/2007
Источник